КУЛЬТУРА / ЛИТЕРАТУРА

Элла Леус: «Я всегда хотела писать и писала»

Леус_обложка

Наш собеседник – Элла Владимировна Леус. Родилась в 1964 году в Одессе. Образование – высшее. По специальности – медик, экономист, менеджер. Базовая идентификация – писатель. Писать прозу начала в школьные годы. Сегодня – прозаик, беллетрист, драматург. Пишет на русском языке. Делает авторские переводы на украинский язык. Автор повестей и романов «С юга на юг», «На тридцатом меридиане», «Високосный дневник», «Город стар», «Палач», «Антипадение», «Сферы», а также рассказов, новелл, пьес. Член Национального союза писателей Украины. Координатор литературного салона «Среда». Главный редактор литературного сетевого альманаха «Палисадник». Секретарь жюри литературной премии имени Максимилиана Кириенко-Волошина. В этом году стала лауреатом Литературно-художественной премии имени Пантелеймона Кулиша, также является лауреатом Международной литературной премии имени Николая Гоголя «Триумф».

Леус

– Вы были медиком, сейчас экономист, специалист по бизнес-рискам. И вместе с тем – писатель. Физик и лирик в одном лице. Как вам удается объединить эти категории в одной личности?
– Я не знаю, как так получилось. Так случилось, что получилось. Есть люди, которые не в состоянии при творческой профессии найти в себе силы и обеспечить какой-то быт и свою обыденную жизнь, а есть и те, которые обладают этими силами. Просто нужно этим воспользоваться и жить. Ведь не секрет, что сейчас в писательстве нет нужды, как говорил Дюрренматт, поэтому стоит заниматься этим с наслаждением. И нужно еще себя обеспечивать каким-то образом.
– Можно сказать, что вы сами себе спонсор?
– Конечно.
– Из этого следует, что зарабатывать писательством вы не собираетесь. Тогда с какой целью вы занимаетесь литературной деятельностью?
– А цели нет. Невозможно объяснить, для чего это нужно. У меня это было всегда. Я всегда хотела писать и писала. В юности – рассказы на разные темы. Потом был большой перерыв. Я была убеждена, что это не нужно никому, и отодвигала это все на потом. Не так давно произошел некий эмоциональный взрыв, и я выдала все, что должна была выдать.
– Вы добавили к этому еще и культуртрегерскую деятельность…
– «Одесский литературный центр» – это организация, которая пока бурной деятельности не ведет. На его базе зарегистрировано издание «Литературный альманах «Палисадник». А вот альманах – это то, что очень нужно в нынешнем литературном процессе. Качественная площадка с хорошим отбором, где могут публиковаться тексты. Это нужно писателям. Я не могу ответить на вопрос, нужно ли это читателям. Я близка к убеждению, что сейчас читателям это вообще не нужно. Но писателям это нужно обязательно. Это стимулирует литературный процесс. Литература сейчас существует вне читательства, вот так получилось в нашей стране. Возможно, уже есть какие-то ростки в другую сторону, более позитивные, люди начинают читать книги. Мы оттолкнулись от дна, и что-то начинает брезжить. Двуязычная площадка особенно нужна в Украине. Мы немного публикуем и иностранцев. Сейчас будет литовка с тончайшим, просто великолепным текстом. Казахи у нас публиковались в переводе на украинский язык.
К культуре сейчас в Украине относятся как к бизнесу. Это ошибочно. Я как экономист знаю, что культурные проекты не дадут прибыли. Только «попса» может дать прибыль. А хотелось бы, чтобы была не только попса. Вот мы этим и занимаемся.
Вместе с тем я – за ограничение ввоза российской книги, но только лишь потому, что украинская ей сегодня не может составить конкуренцию. А надо все-таки поддерживать свое, отечественное на деле, а не на словах. Это, простите, простая экономика. Ну и еще, если хотите, вопрос безопасности…
– Музыкантам немного легче, они выставляют в интернете свои произведения на платных сайтах и получают за каждое скачивание какую-то небольшую сумму. Писатель ведь тоже может поступать так же.
– Не совсем так. Есть нюансы. Если ты хочешь издаться в серьезном издательстве и отсылаешь свою рукопись, то обязательное условие перед заключением договора, чтобы этот текст не был открыт в интернете. Если у меня есть какие-то планы на свой текст, допустим, трилогия «Сферы», то я ничего не буду размещать в интернете. И даже не буду размещать это в «Палисаднике». Сейчас как раз я заключаю договор с издательством. Мою малую прозу готовят к печати. Называться она будет «Високосный дневник». И в договоре есть пункт: «не размещать в интернете», или если уже размещено – немедленно убрать!
– Получается, что писатели сами себя загоняют в глухой угол: только в бумажном виде, и снижают потенциальное количество читателей.
– Ведь есть разные ресурсы. То, что размещено на проза.ру и стихи.ру – это в основном песок, жемчуг встречается крайне редко. Ни я, ни многие авторы, которые позиционируются как писатели, ничего там не размещают. Они всегда присылают свои произведения туда, где есть отбор, туда, где это престижно. Дело не в сужении круга читателей. Дело в стремлении попасть в другую целевую аудиторию. Они стремятся попасть к полезному и престижному читателю, а не к тому, кто, не понимая твоего текста, закроет книгу и уйдет читать литературную попсу. Уже давно о массовости не может быть и речи. Прошли те времена, когда поэты стадионы собирали. Во все времена так было: серьезные тексты, серьезная музыка имеют очень ограниченную аудиторию.
В литературе тоже есть возможность расширения читательской аудитории. Один из способов – обращение серьезных авторов к модным жанрам. Я, например, пишу антиутопии. Не потому, что я хочу привлечь читателей. Первая причина – это то, что инструментарий антиутопии подходит мне для того, чтобы я свободнее выразила свои мысли. А потом уже, конечно, – это модно, это привлекает каких-то людей. Это, конечно, имеет место.
– Каково это – быть одновременно и автором, и редактором?
– На самом деле это проще, чем кажется. Хороший текст виден сразу, с первых страниц. За исключением больших романов, в которые нужно вчитаться. Сразу видна стилистика. Есть ли в этом тексте индивидуальность, есть ли художественные средства. Сложность в том, что это требует чертову уйму времени – ведь все нужно перечитать. Те произведения, про которые мы понимаем с первых 10-15 страниц, что мы не будем публиковать, мы не дочитываем до конца. Мы не отвечаем таким авторам. Не хочется говорить людям неприятные вещи. Если звонят, просят, тогда делаем рецензирование.
– Вы в своей успешной писательской карьере обошлись без специального писательского образования… Можно ли научить быть писателем?
– Нет. Научить быть писателем нельзя. Однозначно можно научить ремеслу. Мне ремеслу пришлось учиться самой, с помощью хороших редакторов, которые встретились мне. Это были насыщенные годы, когда я становилась ремесленником-писателем. Не просто писателем, который что-то хочет, но мало что может, мыслит образами, правильно мыслит, интуитивно может что-то делать. Но если ремеслом не владеешь – очень трудно. Ведь есть еще и техника делания текста. Такое образование очень полезно для тех людей, которые уже писатели внутри себя. Если человек не писатель, сделать из него писателя образованием невозможно.
– О чем вы мечтаете?
– Ой, я не знаю. У меня приземленные мечты. Мечтаю, чтобы у нас был литфонд в Украине. Это совковая такая штука, но ее можно сделать и цивилизованно. Есть какое-то количество писателей, членов Спилки. Это такая печать, подтверждающая, что ты писатель. Есть и среди неорганизованных очень хорошие авторы. Я мечтаю, чтобы было так: есть писатели, они сдают свою продукцию в литфонд и получают за это зарплату. Ведь у нас сегодня писатель – это самая низкооплачиваемая профессия. Он ничего не получает. Конечно, есть писатели, которые промышляют тем, что редактируют чужие тексты. Это тяжелая работа, но они за нее что-то получают от авторов. А в собственно писательство нужно вводить какие-то цивилизованные методы оплаты.
– Как сочетаетесь вы и ваши литературные герои?
– Да они просто мною руководят все. У меня меняется под их влиянием мировоззрение, что-то сдвигается. Например, отношение к войне, отношение к людям войны у меня очень трансформировалось в связи с тем, что я написала трилогию. Я живу с ними. Я это все записываю, записываю, записываю. Дай Бог, чтобы потом они меня отпустили, потому что бывают такие периоды, когда не отпускают – и все. Вот герои «Сфер» меня сейчас не отпускают. И пока я ничего не пишу нового.
– Как вы оцениваете место и роль литературы в современном украинском обществе? В чем ее миссия сейчас?
– Фиксировать. Я не согласна с теми, кто говорит, что нужно, чтобы прошло
20 лет, прежде чем писать о каких-то событиях. Нужна и важна литература сиюсекундная, сиюминутная о сегодняшних событиях, например, о Майдане… В такой литературе будет много публицистики. И через пять лет, и через 10, и через 20 лет… Потом сито вытрясет все ненужное, и останутся самые лучшие произведения, которые дадут нужный срез и восприятие того, что происходило.
Например, что такое Библия? Я считаю, что это антология. Тексты разных авторов кто-то собрал когда-то давно вместе, чтобы представить жизнь и процессы, которые были в то время. По аналогии, может, и с нашей современной историей произойдет что-то подобное. Когда-то кто-то соберет те тексты, что останутся…

Автор: Валерий Романов

Нет комментариев

Оставьте комментарий