АТМОСФЕРА / ДИЗАЙН / ИНТЕРВЬЮ / ФОТОРЕПОРТАЖ

Новое искусство без границ от Степана Рябченко

ryabchenko

Истинные ценители искусства выделяются из общей массы людей своей высокой культурой. Их интеллигентность формирует сложный внутренний мир, который постоянно нуждается в духовной пище. Вооружившись принципами кибернетики данную взаимосвязь можно смоделировать в обратном направлении – если высокое искусство будет на каждом шагу воплощено в привычных всем предметах, то тот духовный интеллектуальный мир, а также идеи, которые оно несет в себе, со временем откроются для большинства. Например, окружающее пространство города от автобусных остановок, мусорных баков, светофоров и до зданий можно воплотить в оригинальные и живые образы. Подспорьем может выступить небывалое развитие высоких технологий, которые открыли новые горизонты для творческой мысли человека. То, что раньше было невозможно и стоило баснословных денег – теперь весьма доступно. Примером безграничности художественной мысли служит проект знаменитого архитектора Антонио Гауди Храм Святого Семейства в Барселоне. Конечная цель состоит в том, чтобы привычный для нас материальный мир превратился в нечто живое, пропитанное эстетикой и глубоким смыслом. Вся эта красота неизбежно будет влиять на человека, а она, как известно, призвана спасти планету. Именно об этом писал Достоевский в романе «Идиот» еще 150 лет тому назад.

Если данная гипотеза верна, то мы находимся на пороге новой эры. Одним из первопроходцев нового искусства в Украине является одессит Степан Рябченко. Несмотря на достаточно юный возраст нашего новатора, он смог добиться определенного успеха в мире. Без работ художника не обходится ни одна знаковая выставка украинского современного искусства, его работы выставлялись в самой престижной лондонской галерее современного искусства Saatchi Gallery, Музее Современного Искусства в Братиславе, Нью-Йорке, Москве, Вене, Вильнюсе и других городах. Степан Рябченко является номинантом премии PinchukArtCentre и лауреатом международного фестиваля современной скульптуры Kyiv Sculpture Project. В конце 2015 года журнал Forbes включил его в рейтинг тридцати самых успешных молодых украинцев.7d1926cab9a052a2f620504cad19315b

– Степан, расскажите, пожалуйста, о себе.

– Я родился в Одессе и очень этому рад. Рос в творческой обстановке, мой отец и дедушка художники. У папы была мастерская на 16-ой станции Большого Фонтана, где мы тогда жили. К нам часто приходили художники, фотографы, музыканты и другие творческие личности. Вокруг папины работы и мамина забота. Во дворе садик, в саду вишня и красивые розы, неподалеку липа. Рядом бегает петушок и кот по имени Филиппчик. В клетке жила черепаха. Я очень любил это место, до сих пор часто вспоминаю это время. Это было время радости и созерцания.

Когда я подрос, мы переехали жить в центр. Перед школой я начал много рисовать, лепить и конструировать различные инсталляции. Творческий процесс пошел полным ходом. Так как мы поселились в «одесском дворике», то вскоре я обзавелся друзьями, с которыми на протяжении многих лет мы чуть ли не ежедневно проводили вместе время. Помню, как то вышел со двора, а у третьего номера толпа детей стоит… подхожу, а там прямо во дворе на стульях двое ребят сидят и шлепают по джойстикам, еще и телевизор на тумбочке мигает, а все вокруг как под гипнозом. Оказалось, ребята из Москвы, привезли игровую приставку Dendy. Это, конечно, был прорыв в сознании. Кстати, играли в футбол, все такое пиксельное было, супер просто. А через какое время родители подарили мне SEGA и ходили играть уже ко мне. Ну а потом появился и персональный компьютер, папа на нем работал, а я целыми днями играл [улыбается]. Кстати, тогда же пошатнулась и реальность, изменились герои, гулять стали меньше, общаться стали по-другому, начало изменяться мышление.

По большому счету мне было все равно, чем заниматься, главное, чтобы это было связано с творчеством. Закончил Одесскую государственную Строительную Академию по специальности архитектор. На начальном этапе профессиональной деятельности сфокусировался исключительно на современной архитектуре. В качестве архитектора побеждал на различных конкурсах, а спустя некоторое время занялся изобразительным искусством, в котором соединил свои навыки архитектора с творческой мыслью художника. В конечном итоге, это дало мне возможность заниматься всеми визуальными направлениями и выработало понимание, что у искусства границ нет.«Дом архитектора» «Дом архитектора»-2

– А каковы Ваши архитектурные проекты?

– Одним из первых проектов был «Дом архитектора», я его сделал на втором курсе Академии. Это было очень интересное задание, проект предусматривал создание дома для его автора, а значит, подстегивало создать нечто особенное и очень личное. К тому же часто в истории случалось так, что личные дома архитекторов становились одними из их самых интересных работ или давали толчок к дальнейшей творческой деятельности. Так было у Константина Мельникова, Френка Гери, Филипа Джонсона и других мастеров. Мой дом обрел причудливый пластичный образ, который напоминал скульптуру, вытесанную из камня. Через большое окно на третьем этаже в виде глаза свет попадает в просторное помещение мастерской. Противоположную сторону фасада я покрыл по всей плоскости гнутым зеркальным стеклом, чтобы наполнить здание светом и иметь возможность наблюдать постоянное видоизменение окружающей среды как внутри, так и снаружи. Для меня это образ нашей жизни, в котором человек живет между своими мечтами и реальностью.Семейное гнездо

 «Семейное гнездо», 2010

– «Семейное гнездо» – это дом для людей, которые очень любят и ценят свою семью и своих близких. Лично для меня семья занимает очень важное место в жизни, и идея этого дома как раз заключается в том, чтобы родители и дети всегда могли жить рядом, но при этом никто никому бы не мешал. Объект состоит из двух объемов одинаковой площади и планировки, расположенных на разных уровнях и связанных между собой лестничной клеткой. Один из уровней занимает старшее поколение, второй – младшая генерация. Дом мобилен: конструкция позволяет производить быстрый монтаж и демонтаж, так что, переезжая в другой район, жилище можно перевезти с собой.Детский кампус Детский кампус-2

 «Детский кампус», 2009

– «Детский кампус» – это многофункциональная платформа для детей, по разным причинам не имеющих родителей, но объединенных вместе на новой территории, на которой они получат возможность вместе жить в комфортных и современных условиях, учиться, а также развивать свой творческий и физический потенциал под руководством талантливых воспитателей и учителей.

На территории кампуса предусмотрены конференц-зал, концертный зал, кинотеатр, компьютерные классы, библиотека с читальным залом, столовая, спортивный комплекс, водные аттракционы, паркинг, зимний сад и эксплуатируемая зеленая кровля с видом на море.

В проекте применены новейшие энергосберегающие технологии. Предусмотрена посадка множества зеленых насаждений, как на территории комплекса, так и внутри него.

На верхних ярусах планируется расположить благоустроенную зеленую кровлю для отдыха детей, служащую одновременно естественной вентиляцией и защитой от перегрева верхнего этажа.Сельский клуб «Сельский клуб», 2007

– «Сельский клуб» занимает особое место в моем творчестве. Этот проект определил эстетику многих моих дальнейших работ. В нем как раз удалось без особых функциональных потерь совместить скульптурность и живописность с внутренним пространством, в котором планируется размещение творческих мастерских, медиатеки, концертного и выставочного залов, административных помещений, открытых площадок и т.д.

В советское время сельские клубы выступали в роли культурных центров, однако почти все они были серые и унылые. Сама идея подобных островков культуры в небольших населенных пунктах, да и значимость села, как источника этнической украинской культуры, весьма актуальны в настоящее время. Я думаю, что понятие села со временем трансформируется и приобретет характер «города-сада», – небольшого, автономного и комфортного поселения, сочетающего лучшие свойства города и деревни.

– Степан, а что для Вас означает городская архитектура? Какие чувства она вызывает у Вас как у художника?

– Архитектура является одним из факторов, который определенно влияет на общество, его характер и настроение. Город – это мега музей, в котором население выступает в качестве посетителей, а архитектура – это его экспонаты. Раньше так и было. Доставшееся нам от предков наследие, безусловно, является произведением искусства. Про современную архитектуру Одессы сегодня этого сказать нельзя. В идеале архитектура несет в себе идею синтеза искусств. Это некий артефакт, который говорит о чем-то, визуально интересен и функционально практичен. Мне всегда было интересно привнести в архитектуру художественную составляющая через определенный образ.

– Были ли у Вас проекты для Старой Одессы?

– В 2009 году я спроектировал «Центр Современного Искусства», который предложил воздвигнуть в парке Шевченко, у остатков крепостной стены карантинного мола. В прошлом эта территория Александровского парка была местом, где регулярно проводились выставки в специально созданных павильонах, люди могли отдохнуть на природе и открыть для себя что-то новое. Идея создания данного музея имеет целью вернуть Одессе историческую функцию динамично развивающегося культурного центра, восстановить историческую функцию парка и реабилитировать памятник архитектуры и истории, – остаток стены карантинной гавани с ее подземной частью, включив в состав нового сооружения. В образном контексте архитектура центра рассматривается как «Бастион искусств». Эстетику крепостной архитектуры я перенес с крепостной стены на музей, соединив со скульптурными элементами, которые использовал в своих картинах – куполом в виде ракушки, волной и одесской галькой, увеличенной до размеров монументальной скульптуры.Центр современного искусства– Другой проект, конечно, не относится к Одессе, но весьма близок к нам. «Куб Ахилла» – это масштабное многофункциональное сооружение на острове Змеиный размером 100 х 100 х 100 метров. Функциональность небоскреба обусловлена его историей. Согласно древнегреческому преданию, богиня Фетида подняла этот остров со дна моря для упокоения своего сына Ахилла. Во времена Древнегреческой цивилизации в центре острова находился храм Ахилла. На протяжении всей своей истории остров переходил из рук в руки и успел побывать в составе Османской и Российской империй, Румынии, СССР, а ныне входит в состав Украины. При Османской империи храм Ахилла пришел в упадок. Позднее, когда остров Змеиный вошел в состав России, из его остатков построили маяк. Во времена Союза здесь были найдены залежи газа и нефти.

В здании предусмотрено размещение военных структур, административных служб, отвечающих за добычу ресурсов, научно-исследовательского аппарата, занимающегося историческим бэкграундом острова, археологического музея. Часть металлических фасадов, согласно идее, должна быть создана из остатков кораблей, коих предостаточно лежит на морском дне вблизи от острова. Таким образом, исторический символизм, заложенный в проекте, может быть зафиксирован не только на концептуальном, но и на материальном уровне.Многофункциональный комплекс «Куб Ахилла» Многофункциональный комплекс «Куб Ахилла»-2– Каким, по Вашему мнению, будет современный город в ближайшем будущем?

– В определенный период времени мне было интересно развивать идею трансформации и мобильности, которые в конечном итоге вылились в градостроительную концепцию «Октанты». Она предполагает создание автономного, саморазвивающегося, за счет специально разработанной модульной системы, города, в котором соблюдается баланс экологии и высоких технологий. Пешеходная часть города поднята на высоту двух этажей над уровнем земли. Нижняя часть используется для транспорта. Там же располагаются парковочные места и все технические помещения. Верхняя часть города принадлежит исключительно человеку и природе. Город повсеместно засажен зелеными насаждениями, как на горизонтальной плоскости, так и на вертикальной, на этажах жилых домов. Такие города могут возникать на периферии или на месте устаревших спальных районов. Также преимущество такого города в том, что он растет по мере надобности. Отпадает необходимость строить махины в виде спальных районов, которые потому никому не нужны. Свою ячейку можно достать и перенести в другую часть мира в такую же конструкцию или установить автономно, как отдельное строение.

Я думаю, основными принципами в формировании современного города будет гармония человека, природы и новых технологий. Какие-то города будут тяготеть к романтизму, что мне сегодня больше импонирует, другие будут иметь более урбанистский оттенок. В любом случае, города, как и люди, разные, и это обогащает нашу жизнь.Градостроительная концепция «Октанты»– Такие проекты, как у Вас, Степан, в основном реализуются в развитых странах. Украина пока что не готова воплощать их ни технологически, ни ментально. Однако фантазия из нереализованных проектов вашей архитектуры перешла в искусство? Пригодились ли навыки архитектора?

– Если бы я не был архитектором, возможно, я был бы совершенно другим художником. Так как реализовывать на том этапе свою архитектуру у меня не было возможности, я начал проектировать виртуальную среду, создавать новые ландшафты, героев, погоду, определять их взаимодействие между собой, в общем, создавать свой мир со своими правилами. Методика создания моих работ построена не на рисовании, а на проектировании среды в формате изображения. Это позволяет мне в любой момент транспортировать своих героев из плоскости в реальность, переходить от архитектуры в скульптуру, от скульптуры к картине, или наоборот. Как я уже говорил, у искусства границ нет. Я делаю то, что мне интересно и то, чем бы я хотел поделиться с обществом.

— В своем творчестве Вы активно используете мифологию. Это, в частности, видно по архитектурным проектам. Кто ваши герои?

– Я часто применяю термин «Новая мифология». Мои герои – это те, кто рождены там и пришли сюда, романтики и созидатели цифровой эпохи.«Chameleon». Из цикла «Компьютерные вирусы— В числе Ваших поклонников определенно должны быть хакеры! Одной из самых известных ваших серий являются «Компьютерные вирусы». Каким известным вирусам Вы подарили облик?

– Я создал целую серию компьютерных вирусов. По сути – это создание того, чего на самом деле не существует, и это открывает большие возможности для воображения. Обычно, сначала что-то создают, а потом уже называют. А тут что-то названо, но не до конца сделано. Каждый из компьютерных вирусов имеет свое имя, собственную историю и особенности взаимодействия с системой. Основываясь на этих фактах, я визуализировал виртуальную сущность вируса, придавая ему форму и образ. Первый из них, именуемый «Chameleon» был создан в 2008 году.

– «Melissa» был новым вирусом новой эпохи – эпохи электронной почты. Этот вирус стал первым, который смог отправлять себя во вложениях email. Он также впервые продемонстрировал искусство взлома личной адресной книги, и смог разослать сам себя по всем контактам. Вирус присылается по, казалось бы, безопасной электронной почте в виде письма, где написано, что необходимо открыть присланный документ. Вы получили электронное письмо от, скажем, вашего начальника, в котором говорится: «Вот документ, который вы просили». Конечно же, вы его откроете. Ну и тут упс [улыбается].

С одной стороны создатель этого вируса Дэвид Смит заявлял, что написал вирус для девушки по имени Melissa, c которой он встречался, с другой стороны Мелисса – это лекарственное растение. Поэтому образ вируса и создавался на основе безопасности, которая в любой момент может стать опасностью.

– В июне 1998 г. был обнаружен вирус тайваньского происхождения Win95.CIH, содержащий логическую бомбу для уничтожения всей информации на жестких дисках и порчи содержимого BIOS на некоторых системных платах. Дата срабатывания программы (26 апреля) совпадала с датой аварии на Чернобыльской атомной электростанции, вследствие чего вирус получил второе имя – «Чернобыль» (Chernobyl).

«Чернобыль» – производное от растения «чернобыльник», «полынь», структуру которого я применил как основу для построения работы. С другой стороны «Чернобыль» – трагедия на ЧАЭС, которую я выразил в деформации изначальной структуры. Цветы, проросшие сквозь нее – надежда, сегодня Чернобыль оживает.«Chernobyl», «White Noise», «Power Pump»

– Для реализации некоторых своих работ вы используете технологию Lightbox. Расскажите, пожалуйста, об этом виде картин. Почему именно Lightbox?

– Впервые эту технологию я применил на персональной выставке в Москве в Triumph Gallery. Дело в том, что свои работы я зачастую создаю на экране компьютера, и технология Lightbox дает ощущение того, что на стене висит большой монитор с изображением. Также меня привлекает мысль о том, что обычно произведение нуждается в свете, а здесь работа сама является светоносной.

– Почему Вы решили обратиться к теме света? Чем для Вас является свет?

– Свет – это ориентир. Пока нет света, человек находится в темноте, ничего не видит и не знает куда идти. Как говорил Антоний Сурожский, – «Зло не разрушают, не уничтожают, но строят добро. Так же как мрак рассеивается не иначе, как внесением в него света». Так и пошло дело.

Новая эра

– Вы также известны своими неоновыми инсталляциями. Расскажите, пожалуйста, о некоторых из них.

– Свою первую масштабную неоновую инсталляцию «Новая Эра» мне удалось реализовать в проекте Первой Киевской биеннале современного искусства Arsenale 2012, кураторами которой были Дэвид Элиот и Александр Соловьев. Концепция проекта имела название «Лучшие времена, худшие времена. Возрождение и Апокалипсис в современном искусстве».

– И как прошла «неоновая» премьера?

– Помню день открытия, весь мир съехался в Киев, подымаюсь по лестнице, вот уже с коридора мерцает неон, иду довольный, захожу в зал, а в зале… работа еще не готова, все суетятся, туда-сюда летают строительные леса. Подходит художник Айда Макото, спрашивает, – «Как дела?». Отвечаю, – «Все отлично, работаем». До конца открытия все доделали [смеется]. В конечном итоге, конечно, все получилось классно, работа очень органично вписалась в крепостную архитектуру Арсенала, – инсталляция напоминала масштабную анимированную фреску, написанную светом.

Рука благословляющая

– После этого, в 2013 году также в Арсенале была представлена неоновая композиция «Рука благословляющая». Такая инсталляция, наверняка понравилась многим, а не только любителям искусства. Какова подоплека этой работы?

– «Рука благословляющая» – это как раз тот источник света, который подсознательно все ищут. Еще на стадии проекта я хотел сделать работу статичной, в отличие от «Новой Эры», и в тоже время интерактивной за счет самого образа, который предполагал бы непосредственное вовлечение зрителя в диалог. Но, честно говоря, я немного переживал, что люди не среагируют, и будут рассматривать работу только как статичный символ. Работа впервые экспонировалась в Мыстецком Арсенале на выставке «Великое и Величественное». Когда решали, как экспонировать инсталляцию, я предложил поместить край перста на уровень головы среднестатистического человека, т.к. высота помещения позволяла это сделать. В этот раз работу закончили, слава Богу, вовремя [улыбается]. На следующий день открытие. Встречаю куратора проекта Александра Соловьева, «Степа, привет. Там иди, посмотри на работу…». Иду. Ну а там уже целая очередь с телефонами, подходят по одному под благословение, щелк на айфон, отправочка в Инстаграмм. Ой, какой я радостный был [смеется].

А на следующий год мне предложили показать работу в Лондоне в Saatchi Gallery. Тогда же я впервые побывал в этом городе. Кстати, здесь была немного другая история с экспонированием. Высота помещения была меньше, поэтому получилось так, что перст находился почти что на уровне пола, и я был уверен, что в данном контексте, работа могла работать именно как статичный символ. Но не тут-то было. Люди просто начали ложиться на пол.

– Возможно у Вас, как автора, есть излюбленные персонажи или герои ваших работ?

– Мне нравится работа «Первый шаг». На ней изображен один из моих любимых образов – Гуляющее облако. Знаешь, я всегда смотрел на облака и любовался ими, и всегда испытывал ощущение того, что это какое-то недоступное состояние гармонии и свободы. Поэтому я подумал, что было бы хорошо, чтобы люди могли притронуться к этому состоянию и ощутить его рядом. Вначале возникла сложность как это сделать, думал, может привязать облако к дереву или положить на пол, или поставить на что-то. Ну и решил поставить его на ноги, а оно улыбнулось и нормально пошло себе. Сначала в картине, а вскоре шагнуло и в трехмерное пространство как скульптура.

Первый шаг

– Каким образом удалось перевести его из картины в скульптуру?

– Так как основой для создания своих работ я использую компьютерное моделирование, то я решил напечатать виртуальную модель на 3D принтере, потом с нее сняли форму и отлили в фарфоре. В результате получилась реальная скульптура, которая идентична виртуальной модели. И в этом плане новые технологии представляют для меня интерес, они несут отпечаток сегодняшнего времени и дают возможность фактически смыть границу между экраном и реальностью.

– Какие еще скульптуры Вы создавали? Были ли среди них монументальные творения?

– Свою первую скульптуру «Явление» я реализовал в 2012 году в рамках международного фестиваля современной скульптуры Kyiv Sculpture Project, который проходил в Киеве в Национальном ботаническом саду им. Н.Н. Гришко.

У меня было желание создать что-то очень современное, что могло бы передать отпечаток времени, и в тоже время совместить с контекстом, в котором она будет расположена. Поэтому перед началом работы над самой скульптурой, я начал интересоваться историей. Мне удалось узнать, что вся территория Ботанического сада раньше принадлежала Свято Троицкому Ионинскому монастырю, который находится здесь и по сей день. Основателем монастыря был святой Иона Киевский, который по приданию удостоился видения Богородицы, Которая благословила его устроить здесь обитель. По описанию святого, явлению Богородицы предшествовало сошествие невещественного огня. Свою работу я решил посвятить этому событие и назвал «Явление».«Явление»

— Как технически создавалась скульптура?

— «Явление» – в своей основе цифровая скульптура. Вычертить вручную ее было бы крайне сложно. Для этого надо было иметь колоссальные математические способности, которых у меня нет [смеется]. Скульптура была смоделирована с помощью компьютера, были получены детальные чертежи, которые позволили воплотить этот объект в жизнь.

— Степан, в завершение нашей беседы хотелось бы задать мой традиционный вопрос: каков Ваш проект-мечта (Dream-project), который бы Вы хотели реализовать именно в Одессе?

– Моя мечта – реализовать в Одессе проект масштабного Центра современного искусства. Я уверен, что наличие такого центра будет способствовать продолжению художественных традиций в нашем городе, задаст динамику в культурной среде, и подымет общественный интерес к украинскому искусству. Проект у меня уже есть, осталось найти вторую составляющую.

Вместо эпилога:

Интервью с художником Степаном Рябченко продемонстрировало, насколько современное искусство может быть богатым, вопреки расхожему мнению о его минимализме. Новый подход к созданию работ, который Степан называет «проектированием искусства», открыл невиданные горизонты для человеческой фантазии. Теперь невозможное возможно. Наверное, нам стоит ускорить процесс вхождения нового виртуального мира в свое привычное восприятие. Ведь особенно сейчас ощущается желание перемен в лучшую сторону. И как я писал в самом начале, красота может сделать наш мир лучше. Также очень хочется, чтобы такие одесситы, как Степан Рябченко, в первую очередь могли созидать в родном городе. Что для этого надо? Наверное, больше инвестировать в архитектуру, в искусство, преображая родную Одессу. Тогда все разделенные политикой люди соединяться вокруг одной простой идеи: возвращения Одессе статуса одного из самых красивых и необычных городов Европы.

Беседовал Ярослав Берендаков

Нет комментариев

Оставьте комментарий